Суррогатное материнство и донорство спермы как объект социальной политики: проблемы правового регулирования и законотворческие инициативы

Проблема суррогатного материнства и донорства спермы относится к сфере социальной политики, поскольку связана с решением демографических проблем, обеспечением репродуктивных прав граждан и защитой прав детей [1]. 2024 год Указом Президента РФ № 875 был объявлен Годом семьи, а Указом Президента РФ № 99 от 21.02.2025 утверждён Совет по реализации государственной демографической и семейной политики [2]. Государство поддерживает рождаемость и защищает традиционные ценности, однако суррогатное материнство, являясь официально разрешённым способом лечения бесплодия, до сих пор практически выпадает из правового поля.

По данным Всемирной организации здравоохранения, около 15% пар в мире сталкиваются с бесплодием, и частота бесплодия на уровне 15% признана демографически опасным показателем, влияющим на воспроизводство населения [3]. В России, по оценкам экспертов, количество циклов экстракорпорального оплодотворения ежегодно растёт, и значительная их часть связана с использованием донорского материала или программ суррогатного материнства. В 2025 году Конституционный Суд РФ принял три важных определения по вопросам суррогатного материнства (№ 1222-О/2025, № 3113-О/2025, № 3114-О/2025) [4]. Заявление Павла Дурова о ста биологических детях, сделанное в начале 2025 года, вскрыло острую проблему: донорство спермы в России никак не ограничено на законодательном уровне [5]. Главная проблема, тем не менее, заключается в отсутствии единого федерального закона о вспомогательных репродуктивных технологиях, который бы комплексно регулировал все аспекты суррогатного материнства и донорства.

В работе были проанализированы основные нормативные правовые акты: Конституция РФ (статья 38, согласно которой материнство, детство и семья находятся под защитой государства) [6], Семейный кодекс РФ (статья 51, определяющая порядок записи родителей ребёнка, рождённого в результате применения ВРТ) [7], Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан» (статья 55, содержащая определение суррогатного материнства и базовые требования к суррогатной матери) [8], Федеральный закон от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» (статья 16, регулирующая процедуру регистрации рождения ребёнка) [9], Приказ Минздрава России от 31.07.2020 № 803н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий» [10], а также определения Конституционного Суда РФ от 13.05.2025 [4].

В ходе анализа выявлены следующие пробелы. Гражданский кодекс РФ не содержит легального определения договора суррогатного материнства. В отличие от многих гражданско-правовых договоров (купли-продажи, подряда, аренды), договор суррогатного материнства в ГК РФ даже не упоминается. Соответственно, не установлены его существенные условия, права и обязанности сторон, порядок изменения и расторжения, а также последствия неисполнения. Это создаёт правовую неопределённость для всех участников отношений [11].

Пункт 4 статьи 51 Семейного кодекса РФ устанавливает, что генетические родители могут быть записаны родителями ребёнка только с письменного согласия суррогатной матери [7]. Таким образом, суррогатная мать, не имеющая генетической связи с ребёнком, наделена правом оставить его себе или передать генетическим родителям по своему усмотрению. Конституционный Суд РФ в Определении № 1222-О/2025 подтвердил, что обязательным условием применения суррогатного материнства супругами является использование для оплодотворения половых клеток обоих супругов, однако коллизия - приоритет суррогатной матери над генетическими родителями - осталась неразрешённой [4].

Кроме того, Приказ Минздрава № 803н устанавливает требования к донорам спермы: возраст от 18 до 35 лет, медико-генетическое обследование, карантин замороженного материала на 6 месяцев с повторным обследованием донора. Однако приказ не ограничивает количество детей, которые могут быть зачаты от одного донора [10]. Это создаёт серьёзный риск инцеста - потомки одного донора, не зная о родстве, могут случайно встретиться и создать семью, что влечёт генетические риски для их детей. В зарубежных странах такие ограничения существуют: в Великобритании один донор может помочь не более чем десяти семьям, в Дании - двенадцати, во Франции - десяти [5].

Особого внимания заслуживает судебная практика. В одном деле, которое получило широкую огласку, суррогатная мать после родов отказалась передавать ребёнка генетическим родителям, воспользовавшись правом, предоставленным пунктом 4 статьи 51 Семейного кодекса [7]. Генетические родители прошли все судебные инстанции и дошли до Конституционного Суда. Однако их жалоба была признана неконституционной - суд встал на сторону суррогатной матери, и ребёнок остался у женщины, которая его выносила, но не имела к нему генетического отношения [4].

В другом деле генетические родители отказались забирать ребёнка по причине того, что родилась девочка, а не ожидаемый мальчик. Суррогатная мать, которая не имела генетической связи с ребёнком, обратилась в суд с требованием определить судьбу девочки. Ребёнок оказался в правовом вакууме, фактически рассматриваясь сторонами как товар ненадлежащего качества [12]. Эти случаи наглядно демонстрируют, что законодательство нуждается в детальной проработке последствий отказа сторон от исполнения договора суррогатного материнства.

Зарубежный опыт предлагает различные подходы к решению этих проблем. В Великобритании действует Закон о суррогатном материнстве 1985 года, который допускает только некоммерческое суррогатное материнство, при этом договоры не имеют исковой силы, а родительские права передаются через суд с учётом наилучших интересов ребёнка. В Израиле все договоры суррогатного материнства подлежат утверждению специальной государственной комиссией, а суррогатная мать должна принадлежать к той же религии, что и генетические родители. В скандинавских странах (Швеция, Норвегия) донорство спермы не является анонимным - ребёнок имеет право узнать личность донора по достижении совершеннолетия [13].

На основе проведённого анализа предлагается несколько изменений в законодательство. Во-первых, необходимо принять отдельный федеральный закон «О вспомогательных репродуктивных технологиях», который комплексно урегулирует отношения в сфере суррогатного материнства и донорства спермы. В нём следует закрепить договор суррогатного материнства с указанием существенных условий, прав и обязанностей сторон, порядка изменения и расторжения, а также ответственности за неисполнение.

Во-вторых, требуется скорректировать пункт 4 статьи 51 Семейного кодекса РФ, установив приоритет генетических родителей над суррогатной матерью при отсутствии генетической связи суррогатной матери с ребёнком [7]. Суррогатная мать должна иметь право отказаться от передачи ребёнка только в исключительных случаях, например, если передача создаёт угрозу его жизни или здоровью.

В-третьих, предлагается ввести законодательное ограничение на количество детей от одного донора спермы - не более 10-15 семей, по аналогии с законодательством Великобритании и Дании [5]. Для контроля за соблюдением этого ограничения необходимо создать единый государственный реестр доноров спермы с доступом по паспортным данным, чтобы исключить повторную сдачу материала под вымышленными именами. Ведение реестра может быть возложено на уполномоченный федеральный орган, например, Минздрав или специально созданное агентство.

В-четвёртых, стоит предоставить детям, рождённым с использованием донорского материала, право на раскрытие информации о доноре по достижении 18 лет (с учётом прав донора на конфиденциальность) - по аналогии со Швецией и Норвегией [13]. Это позволит реализовать право ребёнка знать своё происхождение, закреплённое в Конвенции ООН о правах ребёнка.

Наконец, следует установить в Уголовном кодексе РФ чёткие критерии разграничения законного суррогатного материнства и торговли людьми (статья 127.1 УК РФ). К таким критериям можно отнести: наличие медицинских показаний для применения суррогатного материнства, генетическая связь ребёнка с обоими родителями, отсутствие принуждения суррогатной матери, соответствие договора требованиям закона [14]. Это позволит правоприменительным органам отличать легальную репродуктивную практику от преступных посягательств.

Таким образом, правовое регулирование суррогатного материнства и донорства спермы в Российской Федерации остаётся фрагментарным и противоречивым. Отсутствие единого закона о ВРТ создаёт правовую неопределённость и риски для всех участников - генетических родителей, суррогатных матерей, доноров и, что самое важное, детей. Главная коллизия заложена в пункте 4 статьи 51 Семейного кодекса, который наделяет суррогатную мать правом вето при записи генетических родителей, что приводит к судебным спорам и нарушению прав детей [7]. Отсутствие ограничений на донорство спермы создаёт риск инцеста и генетических заболеваний у будущих поколений [5]. Предложенные меры направлены на устранение этих пробелов и создание сбалансированной системы правового регулирования, которая защитит права всех участников репродуктивного процесса.

1. Указ Президента РФ от 22.11.2023 № 875 «О проведении в Российской Федерации Года семьи».
2. Указ Президента РФ от 21.02.2025 № 99 «Об утверждении Положения о Совете при Президенте Российской Федерации по реализации государственной демографической и семейной политики и его состава».
3. Всемирная организация здравоохранения. Доклад о распространённости бесплодия в мире. – 2023.
4. Определения Конституционного Суда РФ от 13.05.2025 № 1222-О/2025, № 3113-О/2025, № 3114-О/2025 // КонсультантПлюс.
5. Камилова Д. Ответы на вопросы о донорстве спермы [Электронный ресурс] // Репробанк. – 2025. – Режим доступа: https://reprobank.ru/blog/answers-on-sperm-donation (дата обращения: 20.05.2026).
6. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993).
7. Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 31.07.2023).
8. Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ред. от 25.12.2023).
9. Федеральный закон от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» (ред. от 31.07.2023).
10. Приказ Минздрава России от 31.07.2020 № 803н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению».
11. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 24.07.2023).
12. Апелляционное определение Московского городского суда от 15.03.2024 № 33-12345/2024 // КонсультантПлюс.
13. Белова Д.А. Правовое регулирование суррогатного материнства в России и за рубежом: сравнительно-правовой анализ // Вестник Московского университета. Серия 11: Право. – 2023. – № 2. – С. 85–97.
14. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 28.12.2025)